ОБЩАЛКА > Курилка
ИСТОРИЯ РЫБОЛОВСТВА И ИХТИОФАУНА ЛУГАНЩИНЫ
AQUARIUS:
Глубоко уважаемые коллеги! Позволю себе начать ещё одну тему, которая, как мне кажется, придаст ещё большей фундаментальности нашему форуму, и, надеюсь, будет многим из Вас не без интересна. И эта тема - ИСТОРИЯ РЫБОЛОВСТВА И ИХТИОФАУНА ЛУГАНЩИНЫ. Выношу на Ваш справедливый товарищеский суд главы своей книги по указанной теме, которую я было начал ещё в 2001 году, но так до конца и не дописал, поскольку появились более жизненно важные дела. Надеюсь, что совместными коллективными усилиями мы не только улучшим предлагаемый Вашему вниманию труд, но и углубим свои знания по данной тематике. Заранее выражаю глубокую благодарность всем Вам за внимание к моему скромному труду и за те критические замечания, советы и помощь, которые Вы подадите. С уважением - AQUARIUS.
AQUARIUS:
ГЛАВА 1
ИСТОРИЯ РЫБОЛОВСТВА НА ТЕРРИТОРИИ ЛУГАНСКОЙ ОБЛАСТИ
Рыбу на территории Луганщины добывали ещё в эпоху раннего палеолита первые жители нашего края – неандертальцы – древнейшие люди, выделенные в вид Homo erectus (Человек прямоходящий). На территорию современной Луганщины неандертальцы проникли в период между 1 млн – 500 тыс лет до нашей эры, двигаясь с юга Центральной Европы через Балканы, а также, возможно, с запада из Передней Азии и Закавказья. Единичные стоянки неандертальцев обнаружены в Закарпатье, Поднестровье, Житомирщине, Поднепровье, в Крыму и в Надазовье. Древние неандертальцы умели изготавливать каменные рубила, могли пользоваться огнём. Они проживали большими коллективами, вели под-вижный образ жизни, постоянно передвигались в поисках пищи. Несмотря на похолодание, тогдашняя Европа ещё была богата теплолюбивыми растениями и животными. Неандертальцы кормились растительными продуктами – плодами, побегами, корневищами, и мелкими животными, хотя велась охота и на больших. Тогда на территории нашего края ещё водились слоны, носороги, гиппопотамы, бизоны. В условиях тёплого климата у неандертальцев было распространено речное собирательство, при котором добывались, прежде всего, моллюски и раки. Руками неан-дертальцы вылавливали и рыбу, нащупывая её на мелководье в береговых норах, в неглубоких донных ямах. Несомненно, наиболее успешной ловля рыбы руками была в отношении налима, который в летнюю жару неактивен и вял и нередко забивается в прохладные береговые норы. Ловля рыбы руками вполне была возможна и на заливных лугах во время нереста крупных рыб, а также в пересыхающих водоёмах. Способ рыбной ловли руками – «щупанье» известен и в настоящее время, и запрещён как браконьерский. Добыча рыбы проходила также с использованием камней, как метательного оружия. Оглушённая или даже убитая ударом камня рыба вылавливалась неандертальцами на мелководьях.
Приблизительно 500 тыс лет тому назад началось сильное похоло-дание – миндельское по альпийской, или окское по восточноевропейской шкале, что привело к вымерзанию мирового океана и продвижению льда на сушу. Начался ледниковый период – плейстоцен. Однако первое обле-денение было не очень большим и не вызвало резких изменений в природе. Европу покрывали густые леса с богатой фауной и флорой, и еды было ещё достаточно. На период миндель-рисского потепления припадает расцвет деятельность неандертальцев. Но последующее рисское (или днепровское) обледенение было таким сильным, что вызвало ухудшение климата во всём северном полушарии и изменение в растительном и животном мирах. Ледник покрыл значительную часть Европы, достигнув севера Украины. Далее он длинным языком вдоль Днепра доходил до современного Днепропетровска. Западная Европа покрылась лесами по образцу современной сибирской тайги, в Южной – простирались холодные степи. Теплолюбивые растения и звери исчезли. На смену им пришли животные, покрытые густым мехом: шерстистый носорог, пещерный лев, пещерный медведь, гиена, лось, олень, бизон. Самым большим представителем фауны был мамонт. При таких суровых условиях неандертальцы выживали только в южных регионах Украины. Однообразный растительный мир, преимущественно травы, и суровые зимы резко ограничивали возможности добывания еды. С этого времени в преледниковой полосе Европы главным занятием становится загонная охота на больших зверей. В северном Надазовье охотились преимущественно на зубра и коня.
Около 150 тысяч лет назад на территории Луганщины наши далёкие предки в условиях ледникового периода селились вблизи рек. Стоянки поздних неандертальцев открыты археологами на реке Деркул у хутора Колесниковка Станично-Луганского района, на реке Северский Донец в г. Рубежное, у пос. Красный Яр (г. Луганск), у с. Булгаковка Кременского района и в некоторых других пунктах. На местах пребывания неандер-тальцев найдены каменные остроконечники, скрёбла, ножи и другие орудия охотников. Около 100 тыс лет жили на территории Луганщины эти древние люди.
Стоянки позднего палеолита (40-10 тыс лет назад) были обнаружены на правом берегу реки Евсуг (Рогалинские стоянки). Возраст стоянок, которых обнаружено 16, составляет 12-13 тыс лет. Это были стоянки Че-ловека разумного, потомка неандертальцев. Они занимались охотой на диких лошадей, бизонов и других животных, используя для этого копья и дротики с каменными наконечниками, деревянные рогатины, дубины. В их распоряжении были кремниевые ножи, скребки, резцы – орудия разделки убитых животных, обработки шкур и костей. Древние охотники владели огнём и примитивными видами искусства. На Рогалинских стоянках были обнаружены схематические изображения женщин, изготовленные из камня и выгравированные каменным резцом на плитке сланца. На одном женском изображении был резной линейный орнамент. Всё это свидетельствует о достаточно искусном владении древними охотниками техникой обработки камня и, тем более, кости и дерева. Однако копья и дротики с каменными или костяными наконечниками использовались древними жителями Луганщины не только для охоты на степных и лесных животных, но и при охоте на рыб. Для уменьшения схода рыбы с метательного оружия, наконечники копий и дротиков совершенствовались, им придавали форму длинного прямого крюка. Такие наконечники легче всего было изготовить из дерева или рога животного, чем из камня. Готовый костяной наконечник-крюк прикреплялся к концу длинного деревянного древка с помощью кожаных тесёмок. Другим вариантом совершенствования копья с целью использования его для охоты на рыб было изготовление копья не с одним, а с несколькими остриями. В этом случае древко копья было оснащено 3-5 острыми деревянными или костными наконечниками, отходящими от конца древка под острым углом. Это орудие, специализированное для добычи рыбы, в последующем получило название остроги. Использование охотничьего оружия для добычи рыбы характерно для многих первобытных племён на всех континентах.
С XVI тысячелетия до нашей эры начинается период потепления, которое постепенно привело к глобальному изменению климата и при-родных условий на всём земном шаре. К XII тысячелетию до нашей эры Европа почти полностью освободилась от ледников.
С окончанием ледникового периода началась новая эпоха – мезолит. Ещё в конце палеолита ледник, предопределявший климат, растительный и животный мир Евразии, стремительно отступает на север. Вслед за ним уходят, а в последствии и вымирают многие стадные животные, на который охотился палеолитический человек. Приледниковая степь, кормившая стада бизонов и лошадей, постепенно исчезает, и на её месте возникают современные растительные зоны – степь и лесостепь, неспособные прокормить крупных стадных животных. В лесах Северского Донца появляются дикие кабаны, лоси, благородные олени и другие животные. Они бродили малыми группами по 3-5 особей, поэтому встретить их и убить было трудно. Для заготовки пищи требовалось гораздо больше времени, сноровки и находчивости, чем в палеолите. Наступил кризис охоты. Он вызвал ухудшение жизни людей, уменьшение их численности. Чтобы выжить, древние люди решали эту проблему различно.
На востоке Украины в мезолите и неолите (IX-IV тыс лет до нашей эры) обитали племена так называемых Донецкой и Сурско-Днепровской культур. Многочисленные стоянки, отнесенные к Донецкой культуре, об-наружены на высоких песчаных холмах левобережья Северского Донца (село Сабовка). Здесь люди, чтобы выжить, пошли по пути совершенст-вования охоты. Но ещё большее место в их жизни заняло рыболовство. На местах стоянок обнаружено большое количество тонких, правильной формы кремниевых пластинок, резцов, свёрл, проколок. Кремниевые пластинки имели трапециевидную и ромбовидную формы. Именно такими орудиями у древних египтян оснащались стрелы, что подтверждается росписями на гробницах фараонов. Следовательно, и обитатели долины Северского Донца во время охоты широко использовали лук и стрелы. Находки на поселениях Донецкой культуры рыбьей чешуи, ракушек речных моллюсков свидетельствовали о существовании у их обитателей рыбной ловли и речного собирательства. Но на вопрос о том, как они ловили рыбу, с помощью гарпуна, плетёными корзинами, удочкой или сетью, долго не было ответа. Лишь в 1984 г. во время раскопок неолитического поселения на берегу озера Стигло у с. Муратово Новоайдарского района были сделаны открытия, важные для решения этого вопроса. В центре обнаруженных остатков жилища археологи нашли грузила – округлые песчаниковые диски диаметром 15 см. Грузила были тщательно обработаны, шлифованы, имели отверстия для крепления, просверленные в верхней части. Общий вес пяти найденных грузил составил 2,5 кг. Были также обнаружены песчаниковые точила, которые, как стало ясно, представляли собой заготовки для будущих грузил. Отверстия в заготовках проделывались кремневыми свёрлами, которые также встречались довольно часто. Обнаружение грузил у озера Стигло стало доказательством в пользу ловли рыбы сетями с использованием деревянных челнов. Обитатели поселения добывали в озере рыбу не только неводом, но и с помощью гарпунов и удочки. Наконечник гарпуна был изготовлен из рога и имел паз для кремневых вкладышей. Но самая удивительная находка – это грузик для удочки или донки. Грузик представлял собой каменный шарик с кольцевым желобком для привязывания.
Итак, охота с луком и рыболовство в долине Северского Донца вы-вели в неолите население Донецкой культуры из кризиса.
AQUARIUS:
Иной путь избрали соседние племена Сурско-Днепровской культуры, которые в конце V тысячелетия до нашей эры из Нижнего Поднепровья, района острова Сурского, заселили долину реки Айдар. Как и Северский Донец, река Айдар в то время была широка, полноводна, чиста, кишела рыбой. По берегам росли ивы, вербы, вязы и липы; склоны речной долины были покрыты сосновыми борами, чередующимися с обширными лугами. На этих лугах племена Сурско-Днепровской культуры выпасали лошадей, крупный рогатый скот, а позднее – одомашненных овец и коз. Поселения Сурско-Днепровской культуры были обнаружены у современного г. Старобельск. Но не сразу скотоводство, а, возможно, и земледелие потеснили у племён Сурско-Днепровской культуры присваивающие формы хозяйствования: охоту, рыболовство и собирательство. Раскопки говорят, что хозяева Айдара в неолите охотились с помощью лука и стрел на благородного оленя, зубра, кабана, водоплавающих птиц, ловили рыбу.
Итак, кризис охоты, наступивший на территории Луганщины в ме-золите и усилившийся в неолите, явился мощным толчком как для развития новых форм хозяйствования – скотоводства и земледелия, так и сти-мулировал совершенствование способов добычи рыбы. В арсенале древних рыболовов нашего края к этому времени имелись: остроги, лук и стрелы, сети, донки. Но только донки и сети были истинно рыболовными снастями. Из них первыми, по-видимому, были изобретены сети.
Первоначально сети изготавливались из тонких сыромятных полосок кожи и использовались для ловли дичи. В последующем эти же сети стали применять и для ловли рыбы. Вначале сеть использовали как бредень, однако улов в значительной мере зависел от величины ячеек сети. При их уменьшении в улов попадалась не только крупная, но и более мелкая рыба. Таким образом, рыболовная сеть эволюционировала из охотничьей сети и отличалась от последней более мелкими ячейками. В последующем рыболовные сети стали ставными: ими перегораживали реку, растягивая на прочно закреплённых у берега кольях. К нижнему краю сети подвешивались каменные грузила. Если сеть-бредень функционировала как отцеживающая снасть, насильственно отделяющая рыбу от воды, то ставная сеть удерживался запутавшуюся в ней рыбу, то есть являлась объячеивающей снастью. С течением времени сети для рыбной ловли стали изготавливать из ивового луба, скрученного в подобие нити, а также, возможно, из волоса. Как известно, рыболовная сеть кроме грузил, должна иметь поплавки, не позволяющие прогибаться верхнему краю сети, что обеспечивает большую площадь облова водной толщи. Такие поплавки изготавливались из кусков дерева и прикреплялись к верхнему краю сети. Поплавки не только удерживали сеть на плаву, но и сигнализировали о поимке крупной рыбы. Именно поплавки рыболовной сети стали прообразом поплавков поплавочных удочек.
Использование для рыбной ловли сетей вызвало необходимость создания плавательных средств, особо необходимых весной и осенью, когда низкая температура воды в водоёмах не позволяла добывать рыбу бреднем или устанавливать сети. Первым плавательным средством древних рыболовов стал плот. Связанные между собой стволы деревьев управлялись при помощи шеста или гребной доски. Однако плот был тяжёлым и маломанёвренным. Прообразом лодки стало бревно, в котором выдалбливали или выжигали углубление для рыболовов. Изготовление даже небольшой долблёной лодки с помощью каменных инструментов требовало значительных и напряжённых усилий. Тем не менее, в эпоху мезолита и неолита в обиход древних рыболовов Луганщины широко вошла вёсельная лодка.
Несомненно, что в эпоху мезолита и неолита наряду с сетями су-ществовали и различные ловушки, наподобие вентеря, которые изготав-ливались из ивовых прутьев, или стеблей тростника. В отличие от сетей, такие ловушки-вентери были более прочными и долговечными, а также менее хлопотными при добыче рыбы. При использовании значительного количества ловушек, последние обеспечивали весьма ощутимый улов, возможно не уступающий таковому при ловле рыбы сетью. Именно бла-годаря своей уловистости примитивные ловушки-вентери сохранились до наших дней.
Теперь обратимся к найденному археологами на Муратовской сто-янке небольшому каменному грузику с жёлобком для привязывания. Этот грузик доказывает существование в эпоху мезолита и неолита рыболовной снасти для ловли рыбы со дна или из толщи водоёма. Не вызывает сомнения, что каменный грузик привязывался к длинной кожаной, лубяной или волосяной нити, используемой в качестве современной лесы. Один её конец находился либо в руках рыболова, либо же прикреплялся к береговым растениям. Противоположный конец этой снасти был предназначен для удерживания на нём рыбы. Возникает вопрос: каким образом древние рыболовы Луганщины добивались удержания на снасти рыбы, ведь при археологических раскопках Муратовской стоянки рыболовные крючки (каменные или костяные) обнаружены не были?
Для удержания рыбы на рассматриваемой снасти, вероятнее всего, использовалась игла-распорка, изготовлявшаяся из небольшого деревянного прутика, заострённого на обоих концах. Игла-распорка привязывалась посредине к леске и закреплялась в наживке параллельно леске. Когда добыча захватывала наживку и пыталась от неё освободиться, натяжение лески устанавливало распорку поперёк горла или пасти рыбы, и добыча прочно удерживалась. Поскольку иглы-распорки были деревянными, до наших дней в Муратовской стоянке они не сохранились.
Вероятность использования игл-распорок древними рыболовами Луганщины для ловли рыб можно подтвердить тем, что это же устройство использовалось в Англии для ужения угрей до конца XIX века, а во Франции и сейчас имеются в продаже прямые стальные иглы-распорки, также применяемые для ловли угрей. В тропических районах иглы-распорки применялись до распространения там современных крючков с загибом для ловли летучих рыб; сейчас же они используются только в некоторых местах.
Возможно, что древние рыболовы Луганщины, наряду с иглами-распорками или вместо них, использовали деревянные крючки, которые также не могли сохраниться до наших дней. В Англии деревянные крючки использовались рыболовами весьма широко вплоть до начала ХХ века. Не исключена возможность, что крючки для рыбной ловли изготавливались из рога, ракушек двухстворчатых моллюсков или кости, однако материальных подтверждений этому пока не обнаружено. В целом, это свидетельствует в пользу того, что в эпоху мезолита и неолита основным способом добычи рыбы в водоёмах Луганщины являлся лов сетями и ловушками-вентерями, и в меньшей степени использовались крючковые снасти.
Примитивная снасть, состоящая из лесы, грузила и иглы-распорки (возможно, крючка) являлась средством индивидуального лова рыбы. Современное название такой снасти – донка. С течением времени донка совершенствовалась, в её состав вошли поплавок и удилище.
AQUARIUS:
Использование поплавка дало возможность рыбаку определять момент захвата рыбой наживки, насаженной на крючок или иглу-распорку, а, следовательно, и нужный момент для извлечения снасти из воды, это во-первых. Во-вторых, противоположный крючку конец этой снасти был прочно прикреплён к тонкому концу удилища, которое являлось не менее важной, чем поплавок, деталью новой рыболовной снасти – удочки. Удилище позволяло: более точно забрасывать снасть в желаемое место; устранять такой недостаток, как нанизывание на грузило тины при извлечении донки, что зачастую распугивает рыбу; сокращало время на извлечение и забрасывание снасти. В целом, удочка оказалась более уло-вистой рыбацкой снастью, чем донка, что и послужило её широкому рас-пространению.
Таким образом, в эпоху мезолита и, особенно, неолита древними рыбаками, проживающими на территории нашего края, были изобретены или заимствованы от других соседних племён все основные рыболовные снасти: сеть, ловушка-вентерь, донка, поплавочная удочка. Времени для их создания и широкого практического использования было более чем достаточно – 5 тысяч лет. Дальнейший прогресс рыболовных снастей шёл по пути качественного улучшения их составляющих.
Однако развитие присваивающего хозяйствования – охота, рыбо-ловство, собирательство – всегда сдерживается возможностями природы, то есть оно не может постоянно наращивать свой потенциал. Как бы ни совершенствовались орудия труда и его организация, от природы нельзя взять больше того, что она может дать. Это в полной мере относится к рыболовству и рыболовным снастям. Только лишь рыболовство не могло прокормить людей, проживающих в степях нашего края. Изобретение удочки обусловило неуклонное уменьшение запасов рыбы в реках и озёрах, что было связано как с природными факторами (глобальное потепление климата и обмеление водоёмов), так и с антропогенным воздействием (неконтролируемый варварский лов рыбы сетями, острогами, вырубка пойменных лесов). Всё это привело к резкому сокращению высокопро-дуктивного стада многих видов рыб. Многотысячелетнее ограбление природы дало себя знать. Удочка – это продукт эпохи кризиса рыболовства, когда рыбаки уже не брезговали даже мелкой рыбёшкой, а само ры-боловство утратило былое значение в хозяйственной деятельности человека. На смену рыболовству пришли более продуктивные отрасли хозяй-ствования – земледелие и скотоводство. Расширение их границ постепенно исключало или оттесняло рыболовство, охоту и собирательство. Ры-боловство как апогей неолита, как вершина присваивающего хозяйствования исчерпало возможности дальнейшего прогресса человечества как в целом, так и жителей нашего края в частности. Вместе с тем, именно на почве рыболовства население нашего края достигло значительной оседлости и довольно высокого уровня быта.
С IV тысячелетия до нашей эры Донецкая степь преобразилась – человек перестал быть жителем исключительно речных долин. Люди пе-решли к пастушескому скотоводству, которое сочеталось с земледельче-ским хозяйствованием. Однако скотоводство играло ведущую роль. Древние жители нашего края перегоняли скот на значительные расстояния. Чем больше имелось скота, тем больше требовалось для него пастбищ, восстановление которых происходило медленно. Оседлость скотоводов была ограничена только суровыми зимними месяцами. Пастбищами пользовались в соответствии с сезоном и маршрутами, распределёнными на совете многих общин. Анархии здесь не было, и каждая община двигалась своей территорией. Выпас начинали в степи, которая весной быстро покрывалась травой. В начале лета степь выгорала, но к тому времени просыхали долины рек и плавни, и скот перегоняли сюда. Речные долины, как один из источников обеспечения жизненных интересов, были предметом споров за право владеть ими. Скот для скотоводов представлял большую ценность. Заботясь о стаде, они редко забивали животных ради мяса. Это было роскошью и, преимущественно, приурочивалось к праздникам, либо же это делали вынужденно – резали престарелых животных и то преимущественно зимой, когда не хватало кормов. Молоко и кровь животных, которую периодически пускали из шейной вены, были основными продуктами питания у скотоводов в дороге. Основными молочными животными были коровы. Коз и овец, учитывая их плодови-тость, разводили преимущественно ради мяса и шерсти. Для передвижения по степи скотоводы широко использовали колёсный транспорт – телеги, на которых перевозили людей и домашний скарб. Выпас скота планировался так, чтобы люди могли наведаться в богатые различной добычей места, а при благоприятных условиях – и засеять небольшие участки земли. Скотоводы засевали несколько сортов пшеницы, ячмень, коноплю, но наиболее распространённым было просо. В целом, земледелие было мало продуктивным, но в суровую зиму зерно оказывалось хорошим подспорьем.
Скотоводческо-хлеборобное хозяйство жителей нашего края в IV-II тысячелетиях до нашей эры не вызвало искоренения рыболовства по не-скольким причинам. Во-первых, бережное отношение к скоту вызывало необходимость дополнительного использования дармового источника белковой пищи, которой была рыба. Во-вторых, навыки рыбной ловли и изготовление рыболовных снастей в среде скотоводов сохранялись и пе-редавались из поколения в поколение. В-третьих, длительное выпасание стада в речных поймах, а также ежедневная необходимость водопоя жи-вотных, создавали условия для более полезного использования времени при выпасе, чем и было рыболовство. Оно носило сезонный характер и проводилось преимущественно в тёплое время года. Для вылова рыбы применялись все известные снасти: сети, вентери, донки, удочки.
Скотоводство и земледелие не могли не отразиться на качестве ры-боловных снастей. Для плетения сетей и лесок, наряду с сыромятными кожаными шнурами из шкур крупного и мелкого рогатого скота, начинает использоваться козья и овечья шерсть, а также конопляные верёвки. В качестве поплавков для поплавочных удочек использовались фрагменты сухих побегов камыша, в изобилии растущего вдоль берегов рек и озёр нашего края. Камышовые поплавки обладают хорошей плавучестью и весьма чувствительны. Грузила, по-видимому, были по-прежнему камен-ными или керамическими. Крючки или иглы-распорки изготовлялись из дерева или рога. В качестве удилища использовались зелёные побеги тро-стника, вербы и других деревьев и кустарников. При богатых уловах рыбу запасали впрок, засаливая её или вяля. Неискоренимой в среде скотоводов оставалась и ловля раков.
Очаги постоянного рыболовства сохранялись в общинах, которые занимались отгонным скотоводством. Такие общины оседло проживали в долинах рек или в пойменных лесах. У оседлых скотоводов земледелие в хозяйственной деятельности занимало большее место, чем у кочевых ско-товодов. Да и добыча рыбы из прилежащего к жилью водоёма проводилась более регулярно.
AQUARIUS:
Значительное влияние на жителей нашего края во II тысячелетии до нашей эры оказало продвижение групп населения из Северного Кавказа, которые принесли новую материальную и духовную культуру, а также некоторые отличительные навыки хозяйствования. Под влиянием этого населения предшествующая Ямная культура сменяется Катакомбной. С этого времени начинается активное распространение бронзы, что стиму-лировалось открытием руд в Донбассе и формированием местного очага металлургии. На территории Луганской области залежи медных руд имеются районе г. Попасная, а также в Нагольном кряже Антрацитовского района. В захоронении II тысячелетия до нашей эры, раскопанного ар-хеологами у посёлка Фрунзе Славяносербского района, наряду с другими каменными, керамическими и металлическими изделиями, был найден бронзовый крюк-вилка со следами держака из дерева. Такой предмет мог вполне служить и острогой для охоты на крупную рыбу.
Развитие металлургии стимулировало земледелие, чему способст-вовало использование металлических орудий для вспашки земли. В период Катакомбной культуры на территории нашего края устанавливается чёткая организация выпаса скота, на путях её перегона устраивались поселения, где занимались земледелием, а на некоторых – зимовали. В это время интенсификация скотоводства и земледелия привела к получению значительно большего, чем ранее, дополнительного продукта, что дало возможность активнее заниматься ремеслом и ритуальной деятельностью. Последняя сопровождалась чрезмерным принесением в жертву скота, а также употреблением во время проведения ритуалов мяса домашних животных. Это препятствовало количественному росту скота, тем более, что тяжёлая зима или падёж скота могли погубить всё стадо; восстановить же его было очень тяжело. Что касается хлебопашества, то его незначительные масштабы обеспечивали минимум потребности в хлебе. Всё это по-прежнему заставляло жителей нашего края обращаться к дополнительному непроизводительному источнику питания, которым всё так же оставалось рыболовство.
С открытием выплавки металла крючки и грузила стали изготовлять вначале из меди, а затем – из бронзы. Однако при археологических раскопках находки металлических крючков и грузил крайне редки. И то сказать, могли ли эти тонкие, легко окисляющиеся предметы сохраниться в сыром грунте, если даже тяжеловесные клинки мечей попадают в руки археологов в крайне плачевном состоянии?
Таким образом, бурное развитие рыболовства в период кризиса охоты, начиная с IV тысячелетия до нашей эры, древних жителей Луган-щины утрачивает своё былое значение как источник питания. На смену рыболовству и охоте приходят более продуктивные отрасли хозяйствования – земледелие и скотоводство. Однако рыболовство полностью не исчезает, наряду с охотой и собирательством оно традиционно сохраняется как дополнительный источник питания. Для ловли рыбы используются –всё те же рыболовные снасти: сети, бредни, ловушки-вентери, донки, удочки. Для их изготовления, кроме сыромятной кожи, используются шерсть мелкого рогатого скота и конопляное волокно – пенька. Для установки сетей по-прежнему применяются выдолбленные из цельных колод деревьев вёсельные лодки. Возникновение гончарства и металлургии вело к совершенствованию отдельных частей рыболовной снасти – грузил и крючков; они могли изготовляться как из обожжённой глины, так и из бронзы. В то же время, в широком употреблении являются каменные гру-зила, деревянные и костяные крючки и иглы-распорки.
В начале I тысячелетия до нашей эры в степи Северного Причер-номорья, в том числе и в Донецкие степи, пришли киммерийцы – воинст-венный ирано-язычный кочевой народ. Материальным свидетельством присутствия киммерийцев на территории нашего края являются захоронения так называемой Срубной культуры, выявленные в степях бассейна Северского Донца. Нашествие киммерийцев на территорию нашего края шло из Нижнего Поволжья, где в первой половине II тысячелетия до нашей эры находилась древняя прародина этого народа. Не позднее, чем к середине VIII столетия до нашей эры киммерийцы-завоеватели растворились среди местного населения. Основой хозяйствования киммерийцев было кочевое скотоводство, ведущая роль в котором принадлежала коневодству. Коневодство обеспечивало киммерийских воинов и пастухов средством передвижения, а также давало значительную часть питания. «Древними доярами кобылиц» и «молокоедами» называются в гомеровской «Илиаде» жители Северо-Черноморских степей. Киммерийцы, или номады, как их ещё называли древнегреческие историки, проникли через лесостепную зону нынешней Украины вплоть до Карпат и Венгрии.
Появление киммерийцев на исторической арене совпадает с широким распространением железа. Металлографическими исследованиями доказано, что металлурги киммерийской эпохи могли изготовлять как чугун, так и высокоуглеродистую сталь, а кузнецы свободно владели цементированием металла и кузнечной сваркой.
Поскольку киммерийцы были, прежде всего, скотоводами и воинами, рыболовство в их среде едва ли играло заметную роль. Однако не вызывает сомнения, что киммерийцы были знакомы с приёмами рыбной ловли, поскольку прогресс от первобытных охотников до скотоводов земледельцев на всех континентах был сопряжён с этапом рыболовства. Кроме того, кочевое скотоводство в низовьях Волги, частый профессиональный контакт при водопое животных с природными водоёмами, должны были поддерживать среди киммерийцев навыки рыбной ловли. Этому способствовали, вероятно, и верования киммерийцев. Будучи выходцами из Семиречья, ирано-язычные предки киммерийцев, проникнув через Кавказ в Приволжские степи, сохранили культ поклонения воде и богу Ра. Именем этого бога предки киммерийцев назвали Волгу – Ра-река, а одну из рек Средней Азии – Расой (нынешний Аракс). Корень «ра» лежит в названии речного членистоногого – рака. По-видимому, его название первыми на территорию нашего края и Украины в целом принесли киммерийцы, что свидетельствует о хорошем знании этого народа речных обитателей, а, следовательно, и приёмов рыболовства. Возможно, что киммерийцы первыми принесли на территорию нынешней Украины и слово «роса», которое в звучании «раса» несёт в себе название бога Ра и название воды – «са». В частности, на азербайджанском языке, также имеющем ирано-язычное происхождение, вода называется «су». Это же слово имеется и в других языках тюркских народов, нашествие которых на территорию нашего края хронологически произошло позднее киммерийского. Вспомните названия наших рек – Евсуг, Ковсуг, в них присутствует корень «су», означающий воду.
Навигация
Перейти к полной версии